С гуманитарным образованием разве «гуманитарку» продавать

Корреспондент убедилась: «лирикам» трудоустраиваться в настоящее время трудно

Студенты, что учатся на стационаре, не представляют, какое разочарование их ожидает после выпускного вечера. Молодые втемяшивают: добывайте профессию портного, фрезеровщика, сантехника, сварщика – и без работы не останетесь. А если родители имеют деньги, направьте их в нужное русло: выучитесь на программиста, например. Чтобы могли заработать на хлеб с маслом, а не висли на шее в государства.. Или может «неперспективный» выпускник в условиях кризиса найти достойную работу, узнавала корреспондент.

Искать вакансии в газетах – напрасное дело. Или работа не достойна внимания, или вы не достойны внимания работодателя. Фавориты частных объявлений – мастера из пошива авточехлов, сборщики шариковых ручек, охранники и грузчики, сторожи, торговцы на ятки, монтеры железнодорожных путей и кузнецы. Для выпускников философского или филологического факультета – ни одного предложения. В Интернете – несколько сотен приглашения для разработчиков бизнес-решений, системных администраторов, бухгалтеров, инженеров из ремонта холодильного оборудования, мастеров цеха и менеджеров из логистики. Предложений гуманитариям – маловато..

Чтобы произвести впечатление на потенциальных работодателей, выдумала слезную историю: «Закончила украинскую филологию. Опыт работы – минимален. Дописывала в газеты, делала переводы. Постоянного места труда не имела. Живу в тети».

«Ты только задание выполни».

Первое собеседование – близ центра города. Рекламное агентство ищет копирайтера – человека, который из сухого, «передранного» из Интернета текста сделает «конфетку». В объявлении отметили требования: образование – журналистская или филологическая, минимальный опыт работы – полгода, владение украинской и русской, креативность.

Ожидать своей очереди пришлось в темном коридоре. Стены – облупленные. Закопченный потолок. Помещение освещается одной-единственной лампочкой. С конца коридора тянется шлейф характерного запаха – единственный туалет на этом этаже. Сесть негде. Передо мной – трое претендентов. Обогнав конкурентов, заглядываю в кабинет руководителя. Вход забаррикадирован коробками из-под оргтехники. Осторожно переступаю через препятствия. «Я вас позову! – звучит голос «за кадром». – Подождите 5-10 минут»!.

Ожидаю час. Ребята, которые пришли на собеседование, упрямо топчутся у дверей. «Можете заходить! Все сразу! – уточняет руководитель, пригласив жестом вовнутрь. – Садитесь где хотите»!. Выбор – небольшой. Кожаный диван и кресло. Занимаю стул – поближе к шефу. Человечище садится на край стола. «Сыплет» компьютерными терминами. Сознаюсь: большинство слов слышу впервые.

Первая мысль – дать стрекача прочь. Особенно, когда услышала, сколько денег собирают из работников на ремонт. Четверть зарплаты ежемесячно! На каждого претендента руководитель отвел 10 минут. На меня – 5. Спросил, замужем ли. Сколько хочу зарабатывать. Устраивает ли график – с 10.00 до 19.00. Попросил выполнить несколько заданий: написать из десяток лозунгов и две-три рекламных статьи. «Но суббота у нас рабочая. Платить буду 1500 гривен. Потом, конечно, больше, когда «руку набьешь», – «руководитель» сразу переходит на «ты». «Принимаете на работу»? – «Возможно. Ты только задание выполни».

Зарплата. книгами

Следующее собеседование – на соседней улице. Частный предприниматель ищет литредактора со знанием русской. Захожу во дворик, где расположенная фирма. На первом этаже – скромное помещение. 40 квадратных метров – не больше. За компьютерами – двое юнцов. Под глазами – темные круги. Кивком председателя «отправляют» в соседнюю комнату. Издалека открывается панорама кабинета – книги на иврите, портреты евреев, подобных на ростовщиков, звезда Давида. За столом – седовласый мужчина, вобранный в традиционную еврейскую одежду. Приглашает сесть. «Обладаете» чувством юмора?, – спрашивает. «Не жалуюсь», – чувствую себя как будто на приеме у врача. как относитесь к русскому языку, потому что придется редактировать русские тексты».. Владелец фирмы достает из полок фолианты: «Это – мои книги. Мысли умею слепить, а вот с грамматикой не сложилось. Поможете»?. «А сколько будете платить»?, – беру быка за рога. «О! Это уже другой разговор, – мужчина вручает книги для ознакомления. – 100 долларов на месяц»! Увидев мой «энтузиазм», добавляет: «Буду ваши книги печатать. Задурно. Нутром слышу, пишете. Сначала небольшим тиражом, конечно».. «Условия труда – замечательные, – убеждает. – Захотите, будете сидеть в помещении, захотите – в парке или кофейне. В своих делах сможете отлучаться».

Шеф не опаздывает, а задерживается

В сердцах решаю устроиться на работу.. официанткой. В тепле, в добре буду работать. А «чаевые» – чем не гонорары?

В середине забегаловки – шумно. Обедня пора. Официантка кружит между столами, собирая грязную посуду. «Я на собеседование», – обращаюсь к ней. Девушка, поглядев через плечо, отвечает: «За столик сядьте. Ожидать придется долго». Не обманула. Ожидала владельца забегаловки. три часа. Этого времени оказалось вдоволь, чтобы понять, официанткой не буду работать даже за большие деньги. Девушка ни разу не присела. На нее повышал голос каждый второй посетитель – медленно двигается, посуда плохо вымыта, еда холодная, еда горячая, из окна дует, ничем дышать – душно, накурено, на столе – пепельница, на столе нет пепельницы, пересолено, переперчено. Две девицы характерного вида – спитые, беззубые, с подпухлыми лицами – просят хлеба и две порции картофельного пюре. Женщины «на раздаче» недоброжелательно поглядывают из-под лба, но просьбы выполняют. «А деньги»?!, – кричат вслед. Одна из женщин демонстративно стучит себя по лоб и вытряхивает из карманов копейки. Шесть гривен с избытком. Вторая тем временем раскладывает пожитки на столе – банку с баландой, рыбную консерву. «Ложечки дайте, пожалуйста, – вежливо просит старшая. – И кипятку в горшки».

«Пройдите за мной», – официантка проводит меня в конец зала. «Шеф – на месте», – объясняет шепотом. Интерьер в кабинете владельца забегаловки – скромный: сейф, стол, два кресла. Сажусь без приглашения. «Ты кто»?, – без лишних церемоний интересуется дядюшка. «В прошлом году закончила университет», – начинаю. «Беру», – говорит «шеф», уставясь в охапку бумаг. «Не хочу», – отвечаю вполголоса. «Что значит не хочу?! Я в «кафешку» классную тебя пристрою. Там ребят много – официантов, посетителей. Скоро замуж выйдешь», – убеждает. «Но не надо». «Как, не надо?! Ты что, замужем?! Ничего – расстанешься», – «успокаивает». – Зарплата – 1000 гривен. На «чаевых» догонишь». «Я подумаю», – привстаю. «Думай быстрее. Таких как ты много. Какой факультет закончила»?. «Украинскую филологию», – отвечаю. «Стихи, значит пишешь? Поэтесса! Выучатся, а потом не имеют где приткнутись»!.

«Кравчучки» и высокие каблуки

Менеджер из рекламы, безусловно, – более достойная альтернатива. Еду в промышленный район – именно там расположенная фирма, которая ищет «молодого, энергичного, коммуникабельного человека». На втором этаже – огромное количество дверей. На каждом надпись – «офис». Найдя нужный, стучу в двери. Без ответа. Захожу без разрешения. Внутри – несколько женщин и горы коробок. «На собеседование»?, – спрашивают. Молча киваю. «Замечательно, трое»!. Две девушки – 18-20 лет – подпирают стену. В руках – габаритные «кравчучки». «Оксана – ваш руководитель. Пойдет с вами», – объясняет рыжеволосая женщина. «Держи, – вручает мою ношу. – Все слушают, что говорит Оксана. Все делают так, как Оксана. Хотите зарабатывать – учитесь». Взошедши лестницей вниз, оказываемся на улице. «Идем на остановку. Сначала – центр», – вводит в курс дела «гид». «А что несем»?, – пытаюсь выяснить. «Косметику, чай – будем продавать», – отвечает. «Продавать? Но в объявлении написано: «Ищем менеджера из рекламы». «Продавать, рекламировать – какая разница»?. Оксана тянет сумку, напиханную товаром. Моя – легкая. «Познакомимся? – предлагает. – Как кого звать»?. Девушки называют свои имена. Рассказывают о нелегких ученических буднях в ПТУ. Молчу, нахмурив брови. «А ты»?. «София, – обманываю в который раз за сегодня. – Закончила университет. Украинскую филологию». Девушки с завистью поглядывают на меня: «Высшее образование! Клево»!. «И без достойной работы, – с фальшивым сочувствием констатирует Оксана. – Ничего, бывают». «Нам не по дороге», – сознаюсь. Оставив сумку, сажусь на первую маршрутку. Руководительнице экспромт не по нраву. Провожает недоброжелательным взглядом.